Слишком умные для аквариума: кто и зачем борется за права дельфинов

Однажды когнитивный психолог Диана Райсс нарисовала несколько черных треугольников и окружностей на лбу, спине и плавниках дельфинов-афалин Таба и Пресли – так, чтобы они не смогли увидеть пятна. Когда исследовательница положила в воду зеркало, оба дельфина тут же поплыли к нему и начали рассматривать свои «татуировки», скручиваясь так, чтобы можно было разглядеть каждый рисунок. За экспериментом наблюдала биопсихолог Лори Марино. Необычное поведение дельфинов посеяло в душе исследовательницы сомнение: правомерно ли держать таких умных животных в неволе?

Отличаются умом и сообразительностью...

Конечно, дать точное определение интеллекту трудно. Почти любое животное можно назвать умным: и паука, и собаку, и человека. Но до тех пор, пока человек не начал триумфальное шествие по планете, самыми умными существами, вероятно, были дельфины. Их мозг по-прежнему остается одним из крупнейших в животном мире. Если судить по индексу энцефализации (EQ), который используется для приблизительной оценки интеллекта животного, дельфины очень умны. Соотношение между телом и мозгом у дельфинов-афалин составляет 5,3, что гораздо больше, чем у шимпанзе с их EQ=3.

Основная проблема: корректно ли сравнивать дельфина с человеком? Последний общий предок людей и шимпанзе жил около шести миллионов лет назад. Для сравнения, китообразные откололись от остальной части линии млекопитающих около 55 миллионов лет назад. Это означает, что приматы и китообразные находятся на двух различных эволюционных траекториях. Результат – не только два разных типа тела, но и два разных вида мозга. Приматы, например, имеют большие лобные доли, которые отвечают за принятие решений и планирование. Дельфинам не так повезло с лобными долями. Тем не менее, они способны принимать решения и даже планировать будущее. Приматы обрабатывают визуальную информацию в задней части нашего мозга, а звуковую – в височных долях. Дельфины обрабатывают зрительную и слуховую информацию в различных частях неокортекса, более сложного и развитого, чем у других видов, включая человека. Таким образом, китообразные в эволюционном плане представляют собой нечто совершенно иное, чем человек. И все же в некотором смысле заманчиво провести параллель между людьми и дельфинами, потому что эти млекопитающие, как и мы, испытывают эмоции и образуют сложные социальные связи.

Известный этолог Карен Прайор в книге «Несущие ветер» рассказывает о своем опыте дрессировки дельфинов. Она отмечает их удивительную обучаемость и способность к подражанию. Однако некоторые эксперты полагают, что обилие команд, выученных во время дрессировки, не отражает когнитивные способности дельфинов в полной мере.

«В неволе дельфинов дрессируют на выполнение команд человека. Самим им думать не приходится. Единственное, что им доступно – это сделать что-то такое, что покажется человеку необычным, а поэтому будет закреплено в качестве трюка. Так что с когнитивной деятельностью все совсем не блестяще», – рассказала зоопсихолог Наталия Криволапчук в интервью «Футуристу».

...сложностью социальных связей...

Мы установили, что дельфины имеют большой и сложный мозг, но зачем он им? Строение головного мозга позволило дельфинам развить сложные сообщества, в которых они могут процветать в условиях сложной трехмерной жидкой среды. Они обладают гибкими и удивительными социальными и коммуникативными навыками. Детеныши дельфинов сохраняют с матерями долгие и тесные взаимоотношения длительностью до двух лет.

Исследователь социальной жизни дельфинов Ричард Коннор выявил три уровня альянсов. Самцы, как правило, образуют пары и трио, которые агрессивно ухаживают за самками, а затем держат их под пристальным наблюдением. Некоторые из этих пар и трио имеют удивительно стабильные отношения, которые могут длиться десятилетиями. Самцы также являются членами более крупных групп от 4 до 14 особей, которые Коннор называет альянсами второго порядка. Эти группы собираются вместе, чтобы похищать самок из других групп и защищать своих благоверных от нападений. Такие альянсы могут существовать в течение 16 лет. Коннор наблюдал еще более крупные альянсы третьего порядка, которые сливаются, когда между альянсами второго порядка происходят большие битвы. Дельфины ведут совместную охоту и распределяют ресурсы таким образом, чтобы добыча была распределена по всей социальной группе. Дельфины помнят, кто кому обязан, кто является настоящим другом, а кто нет, и это указывает на высокий уровень социального взаимодействия.

Дельфины необычайно болтливы. Дельфиний «язык» состоит из посвистываний, щелчков и ультразвуковых сигналов. Ученые, слушая все эти звуки, давно задумывались над тем, что они могут означать. Разумеется, социальное существо с крупным мозгом не будет тратить энергию на бессодержательный лепет. Выяснилось, что бутылконосые дельфины способны обращаться друг к другу по имени. Это означает, что дельфины способны распознавать себя как отдельную особь.

В охоте дельфины удивительно изобретательны. К примеру, популяция у берегов Бразилии глушит рыбу хвостами. Дельфины Пила в Магеллановом проливе сидят в засаде среди водорослей и отрезают рыбам путь к спасению. Дельфины у берегов Техаса охотятся, прячась в стае креветок. В погоне за лакомым кусочком дельфины научились пользоваться «орудиями труда». К примеру, афалины у берегов Австралии, которые кормятся на мелководье, используют морские губки в качестве защитной маски. Так они оберегаются от острых камней, шипов и скатов. А однажды ученые заметили дельфина, который выманивал из убежища мурену, тыкая в нее колючим тельцем рыбы-скорпиона.

...и эмоциональностью

Многие думают, что дельфины все время радостно улыбаются. Эту иллюзию создает строение рта. Но дельфины, как и мы, имеют лимбическую систему, поэтому они действительно способны испытывать широкий спектр эмоций, включая радость, горе, разочарование, гнев и любовь. Если поместить дельфина в МРТ-сканер, можно увидеть структуру мозга, которая учитывает сложные эмоции. У них есть веретенообразные нейроны, или нейроны фон Экономо, которые являются ключевыми для социального познания и связаны у людей со способностью к эмпатии. Это означает, что дельфины понимают положение пострадавших собратьев.

«Чувства дельфинов по отношению друг к другу точно такие же, как у собак: ответственность друг за друга, взаимопомощь, самопожертвование ради близких и т.д. Только потребность в ласках и нежности у стайных животных намного меньше, чем у людей, а по смыслу – все то же самое», – рассказывает Наталия Криволапчук.

Один из старейших случаев целевой взаимопомощи в научной литературе зафиксирован у берегов Флориды. Во время поимки животных для общественного океанариума поблизости от стаи бутылконосых дельфинов взорвалась динамитная шашка. Как только один из оглушенных дельфинов всплыл на поверхность, двое других поспешили ему на помощь. Они подсунули головы под грудные плавники своего товарища, и приподняли его так, чтобы дыхательное отверстие находилось над водой. Сами «спасатели» находились под водой, пока их собрат не пришел в себя. Все это время они были лишены возможности дышать. Вся стая оставалась поблизости, пока контуженный дельфин не обрел равновесие.

Дружба, а не подчинение

В 2010 году совместно с другими учеными, активистами и философами Лори Марино разработала «Декларацию прав китообразных». В документе говорится, что китообразные не должны содержаться в неволе, даже для изучения. Одним из аргументов является то, что поведение и реакция на среду дельфинов в аквариуме существенно отличаются от естественных проявлений.

«У дельфина, живущего в неволе, страдают все структуры психики. Это называется «депривация» или «тюремные условия содержания». Зверь лишается всех и любых возможностей для своего естественного поведения и удовлетворения своих биологических потребностей. Так что он чувствует себя так же плохо, как и любой зверь или человек в неволе», – утверждает зоопсихолог Наталия Криволапчук.

В 2009 году вышел доклад, подготовка которого финансировалась Всемирным обществом защиты животных. В нем утверждалось, что от 5,6% до 7,4% дельфинов умирают каждый год в неволе против 3,9% в дикой природе. Числа для косаток еще более драматичны: смертность от 6,2% до 7% в неволе по сравнению с 2,3% в дикой природе. Однако Луи Герман, пионер в области исследования эхолокации дельфинов, усомнился в этих данных.

«Смертность в дикой природе ужасна. 50 процентов диких дельфинов носит шрамы от зубов акулы. И это те, которые еще живы», – говорил он.

Кроме того, существуют исследования, в которых отмечаются негативное влияние шума и загрязнения на дельфинов, живущих в естественной среде. В первом исследовании отмечается, что дельфинам приходится тратить дополнительную энергию на эхолокацию в шумной среде. Во втором случае ученые выяснили, что иммунная система бутылконосых дельфинов, обитающих в акваториях Флориды и Южной Каролины, хронически активирована. Это означает реакцию на антропогенное загрязнение океана. Такое состояние иммунитета характерно для онкологии и хронических заболеваний. В исследовании сравнивались аквариумные и дикие дельфины. Одним из авторов работы является Грегори Боссарт, сотрудник ветеринарной службы аквариума Джорджии.

И все же, несмотря на эти противоречивые данные, часть дельфинариев решилась на переход к новому формату работы с животными. В 2013 году Индия запретила шоу с дельфинами по этическим соображениям, что породило слухи об официальном признании китообразных личностями. А Национальный аквариум в Балтиморе (США) к 2020 году планирует поселить всех своих восьмерых дельфинов в условия, близкие к естественным. Для этого будет создан морской заповедник. Три года назад учреждение объявило, что готово пойти на этот шаг, сославшись на то, что жестоко держать таких умных животных в неволе.

«Недавние открытия ученых и консультации с экспертами убедили нас, что дельфины чувствуют себя гораздо лучше, когда они могут создавать социальные группы, проявлять естественное для их вида поведение и жить в среде, как можно более близкой к той, для которой природа создала их такими прекрасными», – писал генеральный директор аквариума Джон Раканелли в открытом письме.

Однако просто отпустить всех дельфинов на волю не получится. Животные никогда не жили в естественной среде, поэтому им сложно адаптироваться к новым условиям. Они не умеют охотиться, взаимодействовать в социуме и реагировать на опасности. Поэтому сотрудники аквариума продолжат дрессировать своих подопечных: только это будет игра не в мячик, а в свободную, океанскую жизнь.

«Похожую работу проводила с гепардами и львами Джой Адамсон. Было крайне тяжело. У дельфинов будут ровно те же трудности: неприспособленность к реальной жизни и несамостоятельность», – отмечает Наталия Криволапчук.

Зоопсихологи и дрессировщики будут помогать дельфинам приобретать навыки, необходимые для выживания в океане. И даже когда животные отправятся в свободное плавание, люди продолжат присматривать за ними.

Ученые не стремятся занять однозначную позицию. Самое главное для них – получение знаний о когнитивных и социальных особенностях дельфинов, вне зависимости от того, где они обитают. Однако они не отрицают, что в процессе изучения будет вскрываться все больше тонкостей, которые, в свою очередь, будут порождать все больше этических вопросов. А специалисты по этике продолжают разрабатывать критерии по изучению дельфинов.

Комментарии